Круглосуточно
Выезд 24 часа в сутки,
в выходные и праздники
Оперативно
Бригада прибудет на место
через 30-50 минут
Официально
Лицензия на медицинскую деятельность
Безопасно
Сертифицированные врачи
со стажем от 5 лет
Конфиденциально
Не фиксируем данные, не ставим на учёт
Удобно
Оплата на месте наличными или картой, выдаём чек
Честно
Не навязываем услуги,
в которых нет необходимости
Больничный лист
Выписываем больничный
на период лечения в клинике

На кокаине

Богема принимала белый порошок под названием “марафет”, который поначалу свободно продавался в аптеках, фасованный по 1 грамму. Затем на него ввели ограничение — нужно было предъявить рецепт. Тогда торговать “марафетом” стали подпольно, разбавляли порошком для чистки зубов или мелом.

По информации из газет 1913 года, подпольно торговали им даже у входа в театр, предлагая одновременно с билетами. Популярен порошок был также у актеров и актрис, они даже одалживали его друг у друга.

Зависимые деятели искусства заполняли подвальные кабаре, просиживая там сутками и истощая свой организм до предела. Еда их не интересовала, в реальность после наркотика возвращали себя при помощи крепкого алкоголя. Всех захватывали эмоциональные волны — то они воспринимали себя воодушевленными гениями, то никчемными и безнадежными людьми.

Кокаин был своеобразной модой. У мужчин он всегда находился в кармане в пузырьке, у прекрасного пола — в пудреницах. Ювелиры того времени неплохо зарабатывали на изготовлении “кокаинниц” — предмет по типу портсигара. В наши дни можно их встретить в антикварных магазинах.

Многие писатели, поэты, художники, актеры пробовали и подсаживались на “марафет” не от потребности, а по причине моды на него. К примеру, по словам первой жены Булгакова Татьяны Лаппы Михаил Афанасьевич принес порошок домой с целью продегустировать, чтобы не отставать от моды богемы.

Но также жена писателя, дабы не портить репутацию мужа, рассказывает, что эффекта никакого они не получили, поэтому больше не пробовали. А вот судя по произведению “Морфий” Михаил Афанасьевич испытал все “прелести” воздействия наркотиков, в том числе и кокаин, на организм, подробно описывая процесс.

Не она одна пыталась обелить великого человека. Галина Бениславская, влюбленная в Сергея Есенина, также утверждала, что первая проба наркотика не подействовала и великий поэт больше не прикасался к порошку. 

В том, что Есенину приписывают употребление наркотиков она винила его окружение, друзей и приятелей: Иосифа Аксельрода, Алексея Ганина, Венедикта Марта, Бориса Голубовского. По словам свидетелей того времени известно, что все они употребляли порошок. Но факт пристрастия поэта к наркотику это не доказывало.

А вот через пару лет после смерти поэта наркомом просвещения Анатолием Луначарским в брошюре “О быте” прямо говорится о зависимости Есенина. По его словам, во всем вина кабацкой богемы, которая не только научила его  разврату и распитию спиртного, но и приобщила к кокаину.

Еще одним любителем белого порошка, по словам Зинаиды Гиппиус, был Игорь Северянин. Георгий Иванов утверждал, что от кокаина был зависим поэт и прозаик Сергей Бобров. Николай Цыбульский, по словам Веры Судейкиной в 1917 году, нюхал кокаин и курил опий.

На основании этих слухов уже можно представить количество наркозависимых творческих людей того времени, и это только те, у всех были свидетели.

Такое лекарство — кокаин

По причине того, что кокаин и опиум применялся производителями во многих аптечных средствах, люди того времени легко впадали в зависимость от вещества. Они лечили горло кокаиновыми леденцами, применяли, как обезболивающий зубной порошок, средство от головной боли и простуды. 

Лечили порошком насморк, использовали наркотик для лечения стенокардии, применяли его при борьбе с морской болезнью, при местном наркозе. Даже в составе капель для облегчения прорезывания зубов был кокаин.

В начале XX века эти лекарственные препараты уже были запрещены, но предрасположенность к ним потребителей наверняка осталась.

Воспевание кокаина

Поэты и прозаики с невероятной частотой использовали в своих произведениях слово “кокаин” и все, что с ним связано: нюхать, ноздри, щепоть кокаина и прочие, придавая этим строкам эмоциональную окраску.

Упоминания о порошке можно встретить в произведениях Пастернака, Маяковского, Островского, Сельвинского, Саши Черного. Также о кокаине упоминали Алымов, Шенгели, Несмелов, Земенков, Савин, Марк Леви и многие другие.

Опиум/гашиш/эфир

Бесплатная консультация
Запишитесь на консультацию к наркологу прямо сейчас. Это бесплатно и анонимно.

Популярность опиума среди русских литераторов Серебряного века возникла в результате заимствования культурных аспектов из Франции. Французские поэты и прозаики с 40-х годов в своих произведениях воспевали ощущения, которых достигали в результате употребления гашиша. Русская богема воспринимала это, как образец.

Этим наркотиком увлекался Николай Гумилев со слов Эриха Голлербаха, Юрия Анненкова, Павла Лукницкого. Да и супруга его, Анна Ахматова, открыто предполагала, что муж скрывал от нее свое пристрастие. 

Тот же Анненков поведал о том, что Гумилев был любителем вдыхания эфира. Гумилев первым в литературной прозе оставил упоминание о трипе и описал необычные ощущения в своем рассказе “Путешествие в страну эфира”.  

Достать эфир, так же как и опиум, было довольно просто, ведь он продавался в аптеках небольшими дозами. Но обойдя несколько аптек можно было набрать достаточное количество, как это делала супруга М. Булгакова, когда не было возможности достать морфий.

Журналист Владимир Бонди знал толк во многих видах наркотиков, называя себя физиогномистом. По внешнему виду лица собеседника он определял, к какому именно наркотику тот имеет склонность.

В случае с Георгием Ивановым, когда от трубки гашиша поэт испытал не эйфорию, а тошноту, Бонди заявил, что ему нужен не гашиш, а эфир, морфий. Иванов же написал, что попробовал гашиш один раз лишь из вежливости.

Откровенно о своих пристрастиях и зависимости, конечно, мало кто рассказывал. За других культурных деятелей рассказывали правду в двух случаях — когда это было уже очевидно всем окружающим, либо в случае неприязни к этому человеку.

Стоит упомянуть о писателе Евгение Соловьеве, который имел тяжелую зависимость. По словам Чуковского он с жалостным видом выпрашивал у него отобранный гашиш. Бунин описал Александра Добролюбова, как любителя опиума и гашиша, человека с большим бледным лицом и сказочными восточными глазами. Георгий Иванов описал поэтессу Палладу Богданову-Бельскую курящей папиросы с опиумом.

Упоминания о наркотиках проскальзывают и в текстах литераторов, например, у Анненского, Татьяны Верочки. В ее стихах есть упоминания об опиуме, веронале, хлоргидрате. Велимир Хлебников, по словам доктора Анфимова еще в детстве нюхавший эфир, в своем стихотворении подробно описал действие на физическое и эмоциональное состояние от смеси гашиша с опиумом или третьяком.

Нередко слова “опиум” и “эфир” заменяли другими похожими, например, “опий”, или использовали завуалированные выражения, заменяя названия наркотика. А вот про гашиш многие литераторы писали прямо и понятно, например И. Анненский, Б. Лившиц, Б. Поплавский, Брюсов, Асеев, Нарбут, Волошин, Иванов.

Морфий

Чуть позже, уже во время Первой мировой войны, стал широко распространен морфий. Начинали его применять в виде обезболивающего пациентам с фронта при ранениях, затем увлекались им и врачи.

Известный доктор, пристрастившийся к морфию — Михаил Булгаков. Об этом свидетельствует его автобиографическое произведение “Морфий”, а также записи с устных разговоров его супруги с Л. Паршиным. В них Булгаков описывает образ любимой женщины, которая мечется в поисках дозы морфия для своего зависимого мужа-врача.

Употребление морфия было распространено и ранее, в начале Серебряного века. Известно о зависимости от этого наркотика Андреева-Бурлака, Елизаветы Шабельской, Всеволода Максимовича, для которого одна из инъекций морфия стала смертельной. 

Литератор Владислав Ходасевич упоминал о пристрастии к наркотику поэтессы Нины Петровской, которая подсадила на морфий Брюсова. Об употреблении Брюсова он убедился лично, однажды обнаружив в ящике его стола иглу от шприца и пятна крови на клочке бумаги. Морфинистом его называл также и Иван Бунин.

Жуткими строками о морфии наполнены стихи таких авторов Серебряного века, как Г. Лозино-Лозинский, Зенкевич, Кирсанов, Северянин, Сельвинский, Поплавский.

Поплавский, к слову сказать, скончался во сне в 1935 году от превышения дозировки “некачественного наркотика”. Как выяснилось позже, это был героин. Так наступала эпоха нового вида наркотического вещества и уже совсем других литературных произведений.

Заключение

Ухудшение ситуации, связанной с употреблением наркотиков, началось после Первой мировой и Гражданской войны, революции 1905-1907 гг. Наркомания уже перестала быть “богемной” и приобрела массовый характер. Наркотики употреблялись всеми слоями общества, от бездомных и проституток до солдат и матросов. Но и литературные деятели все так же не были далеки от этого.